Худеет блокнот от недописанных полуслов: музыкальный цейтнот, поэтический перелом. Забыл, когда строки перестали выходить из тюбика, соединить их вместе – собрать кубик Рубика.
Мне грош цена. То, о чем рыдаю, давно пропели Бродский и Пастернак. Молчаливый стэнд-ап. Я расхохотался на середине драмы: семнадцать лет, желаю страдать и любить, но рано.
Оркестровая яма для тех, кто никогда не добрался до сцены, пытаясь найти внутренний мир, как ученик Авиценны. Примерил много курток, ни одна не подошла – я всё перепутал. Я сам себе экзекутор.
Мимо рамок, мимо баса и drum’a. Мимо гиперболы и литоты. Ты хотел увидеть нечто, но наткнулся на что-то.
Строки улетают по Броуну – неуловимые, лихие. Я не стихия. Не стихи я.
Ты видел, как Маша роняла в реку сердце будто мячик, дорога идёт криво и неоднозначно. Мимо пробегал задорный бордово-зеленый ящер. Я поймал его, но только хвост остался в руке, и он снова прячется.
Каждое слово замкнуто. Слог малопримечательный, Они лез в список гениальных , но остановились при зачатии.